Кто такие русские.

С началом противостояния между россией и украиной этот вопрос впервые приобрел актуальность и возникла востребованность в ясном ответе на него.

Действительно жители украины и жители россии по всем параметрам имеют наименьшее различие из всех других групп людей на территории бывшей российской империи и да и еще и наибольший процент смешения между собой.

И при возникновении конфликта в горячей и холодной фазе, при любом столкновении интересов главной проблемой становится определение свой-чужой. Профессиональные военные меня сразу поняли, это одна из ключевых проблем в бою.

Читая блогосферу и различные исследования и рассуждения можно видеть как все плавают в понятии кто же такие это русские, маскали, каzапы, и соответственно кто такие украинцы, hохлы, салоеды. Как их классифицировать, когда человек прячется за каким то ником. Да и без ника пойди разбери кто есть кто. Мы видим среди ярых российских имперцев чистейших этнических украинцев, видим среди них же людей всех национальностей и наоборот, среди защитников украинской идеи типичных русаков и опять людей самых разных национальностей.

До столкновения необходимости классифицировать русских не было и власти крутили этим термином как хотели в свое удовольствие, плетя любой удобный им бред. Единственным объективным признаком русских на протяжении всей истории империи можно назвать отсутствие своих представителей в органах власти, это всегда исторически была самая угнетаемая и самая бесправная группа в империи, которая платила за все, и которая первая платит за все что тут происходит, от ее имени действуют правящие группы, хотя она не является бенифициаром, а является платильщиком. Тех кого империя не могла переварить она предоставляла разные приференции, разные заманухи, а кто потерял этническое и национальное самосознание, те сваливались в общий котел русских, и теряли остатки каких либо прав.

По моей классификации русским является тот, кто следует российской цивилизационной матрице, принимает цивилизационные ценности конституируемые правящей группой. Соответственно украинцем для меня является тот кто несет украинские цивилизационные ценности и цивилизационную матрицу. Что это такое, никто толком вам не ответит, в каких единицах это мерить, эти понятия мало изучены, довольно размыты, с ними еще придется разбираться. Хотя мы их можем ощущать и описывать их части их некоторые проявления. Я попытался подобраться к этой теме в статье Западно-Славянский Цивилизационный проект и его противостояние с Восточно-Славянским.

По классификации немецких властей России «русский» определяется Толковым словарем живаго великорускаго языка изданного после отмены рабства в 1863 году этническим датчанином Далем, как любой крещенный в православие. Кроме того в самом названии вводится понятие великолрусского языка, что подразумевает наличие малорусского. Возможно это очередная калька с Великого княжества литовского в котором в корона королевства польского делилась на Великопольскую и Малопольскую провинции. Все это было пока крайне размыто, невнятно, к этому существовало туманное сословие инородцев. То есть ни какого внятного критерия русскости кроме конфессиональной принадлежности как не было так и нет. А конфессиональная принадлежность это собственно форма лояльности колониальной власти, тех у кого украли память.

Как вы видите хоть в моей, хоть в официальной классификации полностью отсутствует понятие этнической принадлежности. Это диссонирует с мнением так называемых националистов, которые выступают за нацию как главное мерило всего. И это понятно. Так как для того что бы выступать за нацию надо иметь определенный уровень знаний. Если вы имеете чуть больше, то это уже становится затруднительным. И главное, что вы будете все время биться о факты которые я уже привел выше, что чистейшие украинцы борются против украинской идеи, и как бы чистейшие русские за и так далее, когда вы понимаете что этническая принадлежность не работает на практике, не работает в бою.

Любое явление можно классифицировать огромным количеством способов. Очень рабочим на мой взгляд является экономический способ, предложенный российскими самодежцами. Он прост и понятен и вытекает из теории государства. Его никто не проговаривал, так как это делают тут я, но как бы он всегда подразумевался. Поэтому важно объяснить этот принцип.

Русским является тот, кто платит дань правителю сидящему в москве. Тот кто ему не платит дань является басурманиным, предателем, фашистом, подонком и последней тварью. Платящие дань русскому царю (или генсеку или президенту в зависимости как он себя в настоящий момент желает называть) являются по определению русскими, и все они окружены врагами, которые хотят лишить их такой привилегии и счастья, и поработить и убить их, так их пугает российский царь, что бы они не вздумали платить другим, не утратили тем самым свою уникальную русскость.

Для иллюстративности данной мысли приведу две знаменитые цитаты российских самовласцев.

Первой возьмем высказывание Николая первого. Он однажды на придворном балу спросил маркиза Астольфа де Кюстина, спасавшегося в России от французской революции:
— Маркиз, как вы думаете, много ли русских в этом зале?
— Все, кроме меня и иностранных послов, ваше величество!
— Вы ошибаетесь. Вот этот мой приближённый — поляк, вот немец. Вон стоят два генерала — они грузины. Этот придворный — татарин, вот финн, а там крещёный еврей.
— Тогда где же русские? — спросил Кюстин.
— А вот все вместе они и есть русские.

Странный разговор и странная классификация. Вообще странная ситуация, ведь Кюстин искренне считает всех присутствующих, кроме послов, чисто русскими (он не сам так придумал, это ему как и всем другим иностранцам веками внушали и внушают правители россии) и не требует ни каких объяснений. И вдруг сам Ники заостряет его внимание на странном противоречии, тычет его носом в факт того, что все эти люди имеют совершенно разную не русскую этническую принадлежность, совершенно отличную от официально заявленной, и не смотря на это он царской рукой объединяет их в одну общность — русские. Более того, эта их принадлежность к русским является прокламирована всем их образом цивилизационного поведения, что иностранец попадает под гипноз их русскости не не понимает того, что все они сами прекрасно понимают. И Ники знает это и именно по этому приподнимает покрывало цивилизационной матрицы и показывает фокус покус, приоткрывает как устроено это внутри, немецкого-гольштинско-австриец хвастает перед французом как он ловко превращает представителей разных народов в неких русских и как жирно кушает с этого наперстничества. Но дальше не объясняет как он его сделал. Как они вдруг превратились в русских. Так вот мне придется за него разоблачить этот фокус покус. Люди любой этнической принадлежности становятся русскими платя дань российскому самовласцу. Платишь дань в москву, значит ты русский, не платишь значит не русь проклятая. Эта классификация полностью гармонирует с моей классификацией цивилизационных матриц, так как уплата дани подразумевает нахождение в цивилизационной матрице, в соответствующих этому ценностных понятиях и соответственно наоборот, уход в другую матрицу сильно снижает желание платить дань российскому самовласцу. Поэтому то так ненавидели в совке тех кто был на оккупированных территориях во время второй мировой, так как они оказались в другой матрице и она могла где то у них прилипнуть, они могли заглянуть под великое покрывало цивилизационной матрицы и понять как она работает. Эта же природа борьбы с космополитизмом и вся эта вековая демонизация иностранцев.

И вот вторя цитата, теперь Sophie von Anhalt-Zerbst-Dornburg бабушкой Ники первого. Она что бы не пугать своим именем аборигенов стала называться именем столь же для них иностранным, но к которому их уже за пару столетий церковь приучила, а именно греческим именем Екатерина, и что бы ее не путали, прибавляла к имени номер два. Так как уже над аборигенами под таким именем-прикрытием тут правила другая иностранка Marta Skowronska.

Так вот Sophie von Anhalt-Zerbst-Dornburg в 1764 году в секретной инструкции новому Генерал-прокурору сената (то же тому еще русскому) ставила задачу постепенной ликвидации отличий в управлении Украиной, Прибалтикой и Смоленской провинцией, "...чтоб они обрусели и перестали бы глядеть, как волки в лесу".

Странная задача поставленная иностранкой недавно выучившей русский другому иностранцу, «что бы они обрусели», ОНИ это аборигены, коренные жители этих земель, в основном вообще то как раз славянского происхождения. Как это обрусели. Ладно еще украина и прибалтика, но смоленская то провинция уж как бы руссее вообще не бывает, куда еще руссее. Обратите внимание, что для нее они все некая однородная территория. Для тех кто не знает истории поясняю, что до этого более пяти веков эти земли были в одном государстве ВКЛ, а затем РП, и это была действительно одна территория. Так что под термином "обрусели" надо понимать, что бы платили бабло ей, потому что чего бы им глядеть на нее как волки в лесу, понятно почему, не хотя с баблом расставаться, не хотят немке дань платить. То есть с остальных финнов и прочих покоренных народов, которые уже "обрусели", бабло собираются и всех кто плохо на это глядит уже глазки землей засыпали. Все смирились с цивилизационной матрицей которая объясняет и обеспечивает данный порядок вещей, надо в эту матрицу навязать и вот этим «волкам в лесу».

Понятие русский конституировала именно Sophie von Anhalt-Zerbst-Dornburg, она и создала российскую историю как мы ее знаем, создала тот русский язык на котором написан этот текст, создала российскую империю в том виде в котором мы ее знаем, и которую безповоротно добило нынешнее руководство россии поставив в этом проекте жирную точку.

Надеюсь эти простые размышления и краткие экскурсы в историю вопроса немного разъяснят вопрос кто же такие русские и для неруси всякой и для самих этих пресловутых русских. Потому что в бою это главное, быстро различать свой чужой, и не давать никому навязывать вам те роли которые вы сами играть не хотите. Потому что одна из известных тактик в любом бою заставить поверить противника что свои это чужие, а чужие это свои.

© С.В. Кочевых, 01.11.2017  

От куда появились русские

В отношение прилагательного русский, а мы знаем что русский не существительное, нет ни малейшей ясности. Это чисто пропагандиский термин и пропаганда им крутит как ей угодно.

И так кто же такие русские. О русских мы узнаем от немецких царей, которые рассказали нам о каких то русских, которыми они объявляли кого хотели, и которым они придумывали любую историю. Но даже по их истории, то есть по официальной государственной истории, в начале второго тысячелетия, ни каких русских мы не видим. Есть поляне, древляне, меряне, вятичи, северяне, водь, чудь и так далее по долгому списку совершенно конкретных народов со своими языками и культурой. Потом когда москва возвышается, все они исчезают, оставляя после себя топонимы. Но все они как бы превращаются в русских.

Сразу скажу, что русской земли никогда в природе не было, никогда категорически не было и не предвидится ни какого представительства так называемых русских во власти, отсутствие представительства во власти важнейший идентификатор русскости во все времена. То есть нет административной единицы называющейся русской, или русью, кроме конечно ВКЛ. Таким образом русские являются неким фантомом о котором все говорят, на него все ссылаются, но которого не существует официально и фактически. Это просто ширма для разного рода манипуляций.

Теперь за язык, по поводу которого столько жарких споров с 14 года, благодаря которым к этой важной теме было привлечено много хайпа и кроме грязной пены было высвечено и масса важных фактов. И так. Кирил и Мифодий типа придумали славянское эсператно для продвижения церковных интересов на славянские територии, и вот из Киева управленческая франшиза в месте с религией была насильственно установлена в Москве, насильственно это имеется в виду силой, в результате полутысячелетних войн с вятичами и другими народами. Ни вятичи ни меряне ни многочисленные другие свободные племена и народы которые проживали в этих местах в начале второго тысячелетия ни какого отношения этому эсператно не имели и иметь не хотели, свидетелем чего является топонимика России. Но в месте с церковью и административным управлением церковно славянский язык продвигался на эти территории.

Первый внятный учебник этого языка был написан 1619 году в Речи Посполитой в городе Вевис под Вильнюсом «Грамматiки Славенския правильное Сунтагма» за авторством Смотрицкого. Поделка сделана по кальке греческих грамматик. То есть опять таки, этот учебник не имеет ни малейшего отношения к московии, да и про русский язык там ничего нет. К слову надо сказать, что это был период формирования всех европейских языков, их точно так же лобали по быстрому на коленке под нужды новых правителей занимавшихся унификацией языка для строительства государств по новому модному национальному принципу, но это другая большая тема создание языков под новые придуманные нации.

И только через 138 лет, пришло время слобать что нибудь и для туземцев россии и Ломоносов перелицевал учебник Смотрицкого под нужды немки Екатерины 2. То есть первый учебник который можно отнести хоть как то к русскому языку, и то он не имел слово русский в своем названии, а назывался «Российская грамматика» был опубликован только в 1757 году, и только после этого, этот Ломоносовский «российский», а не русский, язык стал официальным языком государства возглавляемого незаконно во всех смысла этого слова Sophie von Anhalt-Zerbst-Dornburg. И уже через полсотни лет кривую переделку Ломоносова основательно подрехтовали, в первую очередь Каразмзин, а затем франкофон Пушкин внесший французский строй в предложения и массу других важных дошлифовок, создав то, что мы сегодня называем русским языком, на котором написан этот текст. То есть собственно говорить о русском языке официально можно только с 1757 года. До этого официально русского языка не существовало, так как не было ни каких утвержденных его правил. И по факту, ни ломоносовским ни пушкинским население российской империи в подавляющем большинстве своем не владело. И собственно по этому вся топонимика сохранила память о недавно уничтоженных империей языках.

В профранцузской поэме Руслан и Людмила вышедшей в 1820, Пушкин пишет знаменитую фразу: «Там русский дух, там Русью пахнет». Пахнет тут только очень терпко заказ правящей группы деньгами. Нигде в Ингерманландии в которой родился франкофон Пушкин, которому пришлось учить этот русский ломоносовский язык как второй, как иностранный для него, никакой русью не пахло. Вся топонимика финско, ингерманладско, ижорско, водская, и река называется Нева, и город называется по немецки Санкт Петербург и живут в его округе финские народы а в самом городе еврвопейцы в основном, и город весь построен по европейским канонам и даже православные церкви выглядят как католические, и весь город уставлен греческо-римской символикой и полуголыми богами. Но холопам донесли что они должны тут чуять русский дух и они конечно кинулись рассказывать друг другу как они его вдруг почуяли.

Так как же идентифицировали себя люди порабощенные какими то мутными царями. Ни про каких русских тут никто слыхом не слыхивал. Про них бредили что то там в верхах разные немцы, и им переодически транслировали эти бредни придворные борзописцы. Простые хлебопашцы не подозревали что они русские.

Какие средства идентификации человека были в 19 веке при царях.
1. Это конечно имя, кличка, у некоторых были даже фамилии. Это первый уровень идентификации. (Но и имя у людей украли, заменив имена на церковные, иностранные, не русские.)

2. Второй уровень это место проживания, идентификация себя с географией.

3. Третий уровень это религиозная принадлежность. Правящей церковью в московии была принесенная из Киева ортодоксальная православная церковь. Соответственно большинство населения было обращено в эту веру и платило церковный налог. Принадлежность к той или иной церкви было обязательным, было важнейшим идентификационным инструментом. Человек не мог быть вне какой либо церкви. Невозможно было быть официально атеистом.

4. Четвертый уровень это сословная принадлежность. Дворянство, духовенство, купечество, мещанство, крестьянство. Эта индентификация личности определяла разные права и обязанности, разную подсудность и разные формы налогообложения. Нельзя было быть вне сословия, любой насильно помещался в то или иное.

Как видим ни про каких русских тут вообще нет не слова. Нет официально такого понятия как русский. Нет понятия национальность и критериев ее определения.

Национальность придумали в процессе французской революции 1790-х годов, как инструмент управления терпилами. Это период формирования новой формы государственного управления - национальное государство, начавшее распространяться по всему миру. Это же как всегда со столетними запозданиями криво косо начнет внедрятся и в российской империи. Но доведут до абсолюта только коммунисты.

Начиная с Екатерины 2 начинется впихивание темы национальности в структуру управления государством, но она тут никуда при ней не впихивается, нет пока тут для нее места в существующей конструкции. Национальности существуют как бы нелегально, неофициально. Единственное официальное оформление национальностей произошло в 1822 году принятием Устава о управлении инородцев, который вводил юридическое понятие Инородец и регламентировал юридически, отделив весьма туманно некую группу от общей группы столь же туманных русских.

То есть появляется в первые попытка законодательной юридической идентификации тягла не по вере или сословию, а по этнической принадлежности. Не славянские народы Сибири, Средней Азии и Кавказа выделялись в отдельное сословие, сюда же отнесли и евреев, которым с 1791 года начали вводить черту оседлости. При этом европейские народы финны, поляки, прибалты и прочие подобные европеидные народы не причислялись к инородцам. При этом евреи были евреями только по вероисповеданию, принимавшие православие переставали быть инородцами, а остальные тюркские и кавказские народы не переставали. В общем царисткие мудрецы придумали сложную градацию и разные там правила, как им управлять захваченными народами через этническую принадлежность. И пока у них получилось делить тягло на две части, на «народцев» и «инородцев». Внутренние деления в этих общностях пока были весьма туманны. К слову так называемые русские с начала семнадцатого века в большинстве своем были закрепощены в местах оседлости.

При этом мы видим, что в неформальной, неофициальной, неправовой сфере существовали понятия о национальностях и люди идентифицировали себя и друг друга как представителя той или иной национальности по понятийным принципам хотя и очень туманно. Самое размытое представление о себе было у тех кого мы ныне называем русскими, в них сваливались люди утратившие свои национальные корни, историю, память о происхождении. В 13 веке исчезли упоминания о Вятичах владевших огромной территорией центральной России. Исчезли северяне, оставив память о себе в топониме Новгород-Северска, почти исчезли Меряне и так далее и так далее.

Царское правительство глядя на зпаданый опыт унификации национальностей и языков, конечно пыталось уже использовать более широко национальные возжи в управлении. Во второй половине 19 века вымучили и придумали мутное понятие великороссы, его толковал всякий на свой лад и только в переписи 1897 года было применено на практике понимание этого термина когда к этой категории официально по мутным признакам царские чиновники произвольно отнесли 44 процента жителей империи, понятно что не спрашивая ни чьего мнения об этом, просто назначили великороссами и все.

Интересное исследование опубликовал в 1907 году Якобий, исследовавший жителей Орловской губернии, и выявивший на основании исследования психических заболеваний и прочих особенностей, этнографических и диалектических исследований существование трех различных народов, центральный из которых он определил как древний финский народ, все эти три народа полностью утратили самосознание и самопонимание. Святский, Магелянский и ряд других исследователей полностью подтвердили его выводы. По идее это должно было произвести ажиотаж среди исследователей, но нет, ни какого десанта ученых желающих сделать себе имя на этом открытии не последовало, книгу спрятали на дальнюю полку в архиве и мне ее с огромными трудами удалось найти и опубликовать только в 21 веке.

Коммунисты понимали невероятные возможности разделения и властвования которые предоставляет отработанная на западе национальная технология, и они ее стали активно разрабатывать в добавление к классовой технологии разделения и властвования, к слову, как и темы гендерных технологий. В 1913 году ульлянов-ленин в Цюрихе, Женеве, Лозанне и Берне провел ряд лекций где придумывал как еще можно развести лохов по национальному вопросу столь вяло используемому царскими правителями. По результатам этих своих лекций были написаны статьи Критические заметки по национальному вопросу, и в 1914 году О национальной гордости великороссов и О праве наций на самоопределение. Так что вопрос стравливания и управления через национальный вопрос активно разрабатывалось еще тогда.

В начале 20 века система идентификации в РИ пыталась развиваться в затхлой атмосфере царизма, придумали новое сословие, почетный гражданин. Люди придумывали себе социальные идентификации по занятости, инженер, доктор, преподаватель, служащий.

Еще раз, ни какого официального понимания национальности в Российской Империи не было. Национальность была крайне мутным не определенным юридически и правово, дополнительным идентификатором, немцы прекрасно правили и так, даже сословие инородцев не сильно отличалось в правах, единственно черта оседлости для религиозных евреев существовавшая опять таки с 1792 года по 1917 была значительным ограничением, что вызывало конфликты. Правда никто не обсуждал, что большинство так называемых русских были до 1861 принуждены жить в точке оседлости, то есть в рабстве закрепощенные не за чертой, а за точкой оседлости.

Была этническая травля и волна истерии по поводу японцев в 1905, была истерия по поводу немцев с 1914. Но опять таки, определяли кто японец а кто немец чисто произвольно, ни каких официальных критериев оценки не было. Идея русскости показала как можно оболванивать толпы людей, благодаря пропаганде немцам удалось накачать туземцев что бы они воевали и работали на немцев, при этом проклиная и ненавидя немцев. Пропаганой величия русских которым почему то кто то там угрожает довели жителей москвы до истерии вылевшейся в самый грандиозный погром в истории страны.

С приходом коммунистов в октябре 1917, вопросом национальности, как и всем остальным, стали рулить теперь они.

10 ноября 1917 года отменили сословное деление. Конечно не отменили а переформатировали под свои хотелки, то есть обнулили царские кривые изжившие себя поделки, что бы строить потом что то под свои нужды.

Первым делом после захвата власти на территориях бывшей Российской республики, стали срочно создавать национальные компартии, кроме русской. Все эти компартии постепенно брали власть в образовавшихся новых социалистических республиках основанных на национальной идентичности, часто сконструированной искусственно.

23 января 1918 года отменили церковь. Рухнула еще одна важнейшая идентификационная составляющая.

И так, с начала 1918 года у жителя рухнувшей российской империи официально не было
ни церковной принадлежности,
ни сословной,
ни национальной,
ни именной и фамильной.
Люди были полностью вольны быть кем угодно.
И многие воспользовались этим объявив себя тем кем им было удобнее быть...

Возникла, правда временно до 1974 года, новая идентификационная классификация, классовая-социальная. Но ни каких критериев определяющих принадлежность к ней не было, в нее назначали новые правители произвольно кого хотели и как хотели. Руководящая часть коммунистов принадлежала по их же классификации к эксплуататорским классам, но они своей рукой освобождали себя от этого. Зато могли любого назначить в эксплутаторы или просто социально чуждые по своему желанию, что и делали.

После захвата власти в 1917 была заявлена конечная цель затеи, построение интернационального коммунизма, для чего нужен был новый человеческий материал, новый тип человека, посему такая задача была сразу поставлена. Максим Горький писал: « … большевики во главе с Лениным производят жесточайший научный опыт над живым телом России, русского народа, русского пролетариата. … цель „опыта“: переделка живой человеческой материи.», то есть создание советского человека. То есть преступные идеологи социализма как и положено лжецам одновременно развивали две взаимоисключающие практики. С одной стороны объявляли создание советского человека интернационалиста, который не имеет национальности и социальности, а с другой стороны насильно вводили национальности и социальные различия. И создание советского человека и разделение людей по национальностям и социальностям были просто инструментом порабощения и ограбления, и каждый инструмент использовался по мере надобности с целью удержания власти, по мере необходимости для успешного паразитирования. При чем Горький указывает, что первой целью переделки в советского человека, являются именно те несчастные кого царское правительство назначило русскими и кого он называет русским пролетариатом.

Править и доить терпил без разделения их на разные группы пока еще было крайне сложно. Поэтому новые правители страны, не смотря на демагогию о равенстве, тут же начали формировать новые удобные им критерии идентификации терпил. Работа закипела. Конечно у коммунистов уже были придуманы классы и они начали тут же распределять народец по ним, в соответствии со своими желаниями и потребностями, абсолютно произвольно.

Официально методика определения социальной принадлежности сложилась только к середине 20-х годов, и то она могла основываться на информации о том, кем человек был до революции. В памяти остался знаменитый леденящий вопрос: "А чем вы занимались ДО 17 года".

30 декабря 1922 года объединением ранее образованных коммунистами РСФСР, Украинской ССР, Белорусской ССР и Закавказской СФСР был образован СССР, на основании национального принципа административного деления, которого не было в Российской Империи.

То есть совок был создан, в стране где официально декларировался интернационализм, не существовало национальностей, по национальному принципу. Это было очень удобно нарезать совок по национальному принципу определение которого официально не существовало и можно было не ограничивать свои фантазии ни чем.

И так, только в 1926 году начали официально ранжировать терпил по социальному принципу, вводятся так называемые трудовые списки, в которых впервые официально устанавливалась следующая придуманная номенклатура социальных типов: «рабочий», «колхозник», «крестьянин-единоличник», «служащий», «учащийся», «писатель», «художник», «артист», «скульптор», «кустарь», «пенсионер», «иждивенец», «без определенных занятий». Реально в этой классификации эксплицировалось не столько «социальное положение», сколько область занятий. То есть важно понимать, что до этого коммунисты назначали кого угодно в какие угодно классы по своему желанию, и вот только через десять лет постепенно начали хоть как то это оформлять юридически.

Ко времени введения паспортов в 1932 году в государственных органах как то уже сформировались некие установки по отношению к социальной дифференциации населения.

Введение паспортной системы происходило под лозунгом очищения городов от «социально чуждых элементов». Терпилам разъяснялось: «Паспорт дает возможность „проявить“ подлинное социальное лицо его владельца. Поскольку он становится единственным документом, дающим право на проживание в городах, паспортная система тем самым поможет отцедить образовавшуюся здесь накипь». Собственно, то же самое содержалось и в служебных инструкциях по введению паспортной системы: «Главная цель выдачи паспор­тов — точно установить социальное положение», то есть управлять и порабощать, на основании таких юридических понятий как "накипь" и "чуждый".

Если следовать этой логике, графа «социальное положение» должна была бы стать главной в советском паспорте, однако таковой не стала.

Дело в том, что основ­ная интрига — а именно определение социального положения и отделение своих от «чужих» — решалась еще на подступах к паспорту, поскольку паспорт могли получить только те, кто соот­ветствовал номенклатуре социально приемлемых типов, то есть покорные власти или сами власти. В паспорте фиксировался лишь один из легитимных вариантов. Все остальные («социально чуждые») категории населения автоматически исклю­чались из паспортной классификации, а их представители заноси­лись в особые списки на выселение.

В паспортных документах учреждалась и фиксировалась официальная социальная иерархия которую устанавливали власти по своему желанию. Испольнителей этой работы набирали из рабочих, из их числа во время паспортизации формировались бригады "помощи" милиции, призванные установить «подлинное социальное лицо» претендентов на получение паспортов и, соответственно, на проживание в режимной местности, которой были советские города. Энтузиазм, с которым действовали отряды «экспертов», объяснялся вполне прагматически: освобожденная жилплощадь заселялась в первую очередь активистами и ответственными работниками, наменклатурой и силовиками. Комиссии по паспортизации захлестнула волна доносов: «Доносили на соседей: бывших служителей культа, на тех, у кого обнаруживали „буржуазные наклонности“, или на тех, кто якобы занимался какими-то махинациями». В сомнительных случаях ОГПУ приступало к проверке заявленного социального происхождения.

Актуальные для органов управления социальные идентичности были гораздо разнообразнее, чем официально объявленные. Кроме утвержденных категорий, в нее входили те группы, которые как раз отсутствовали в паспортном списке: умные, образованные, кулаки, купцы, не подконтрольный криминал, проститутки, крестьяне и так далее. На их выявление или на назначение в эти стигмы и были направлены усилия организаторов паспортизации. По сути дела, паспортная номенклатура социальных положений отражала не весь спектр существующующих социальных структур, а официально одобренную, предписанную, придуманную на настоящий момент социальную структуру которую парспортизировали. Тем самым не вошедшие в нее социальные группы оказывались несуществующими в официальном социальном пространстве и не получающие паспорт. Эта невидимость «эксплуататоров» и «асоциальных элементов» закреплялась отсутствием у них паспорта. Точнее, предполагалось, что они должны быть непременно выявлены и проявлены, но в другом спектре социального пространства — в качестве врагов, которые должны быть снабжены другого рода документами, а именно делами и справками заключенных или справками колхозных рабов. При получении паспорта главным была даже не конкретная позиция на шкале социальных состояний, а то, в какую часть спектра человек попадал и, соответственно, получал он паспорт или нет.

После проведенной во время паспортизации сортировки населения ажиотаж вокруг определения социального положения заметно утих. В принятой в 1936 году джугашвилевско-сталинской конституции все граждане Страны Советов на словах обретают равные права независимо от «социального происхождения, имущественного положения и прошлой деятельно­сти». Спойлер, конечно нет.

Несмотря на лживо провозглашенное равенство, «классовый подход» сохранялся, но в специфическом варианте. После длительных поисков была таки утверждена модель деления общества на три социальные неантагонистические категории, которую разработали в США еще в начале века: рабочие, колхозники и интеллигенция, пришедшая на смену служащим. Кроме официальных категорий, была и тайная - номенклатура. И только в 1974 году из Положения о паспортах был исключен пункт о фиксации «социального положения», как выполнивший свою функцию и больше не нужный правителям. Проект «СССР как классовое общество» был фактически завершен. В реализации этого проекта паспорту была отведена особая роль — быть основным инструментом конструиро­вания и поддержания новой социаль­ной структуры.

Разделение только по классовому признаку было явно не достаточным для властей, его репрессивный потенциал был уже вычерпан до введения паспортов в 1932 году, и к 74 дочерпан окончательно.

Нужно было вводить еще один
более удобный для манипуляций
критерий разделения и властвования
им стала НАЦИОНАЛЬНОСТЬ, для
создания знаменитой пирамиды народов.

Брали национальную идентификацию прямо с потолка, просто придумывали на ходу. Значительная часть теприл просто не имела ни какой личной национальной самоидентификации или имела не подходящую под придуманные коммунистами национальности. На вопросы «Кто вы?», «Какой народности?» обычно отвечали: «Мы здешние тутошние», «Мы крестьяне/мусульмане/католики» или пскобские и так далее. Иллюстрацию этого можно увидеть в фильме Мы из Кронштадта 1936 года. На вопрос о национальности солдат определяет себя как пскобской. При этом авторы фильма как бы показывают его дурачком, мол он еще не знает что мы ему придумали национальность русский. К слову точно так же сто лет назад какой нибудь баварец или прусак удивился бы что он немец. Командир красных, пытается запихать встретившегося ему пленного в тут или иную выученную им национальность, англичанина, немца, португальца, и когда человек определяет себя как пскопбской, не удивляется, ведь этим красным морякам в большинстве своем только во время службы объяснили, что они оказывается русские.

Введение категории «национальность» в советский паспорт прямо противоречит заявляемому принципу равенства. И ни как не вяжется с демагогией про интернационализм.

Согласно формальной пропаганде и демагогии все национальности обладали одинаковыми правами, однако в реальности дело обстояло противоположным образом, их как раз вводили что бы разделять и властвовать, при помощи колониального принципа "пирамиды народов", когда все равны по разному. Поэтому в совке у людей разных национальностей были разные права, и за счет этой разности прав их можно было стравливать, репрессировать, ими можно было манипулировать и править.

Заходили на создание национальности мягко, не раздражая и не привлекая внимание, «Положение о паспортах», вышедшее в 1932 году, никак не регламентировало процедуру определения национальности: запись производилась со слов получателя. Другими словами, все не многие "свои" получавшие паспорта в первых рядах, могли указывать национальность какую им угодно. В Инструкции работникам пунктов по заполнению паспортов и временных удостоверений от 26 января 1933 года никаких сложностей по этой графе не предусмотрено: «Графа 3. Национальность. Пишется национальность владельца паспорта — русский, украинец, грузин, белорус, еврей, латыш и т. д.». Правда записаться можно было только в национальности придуманные коммунистами. Нужные им национальности они уже определили создав стразу после переворота целый набор компартий из выбранных ими национальностей для административного деления, кроме русской конечно.

К середине 1930-х годов ситуация начинает меняться, что было непосредственно связано пропагандой образа страны находящейся в окружении враждебных сил. Основной угрозой представлялись сопредельные государства, которые имели свои диаспоры в Стране Советов, — для начала, поляки и немцы. Представители этих диаспор («инонационалы» в терминологии НКВД) рассматривались в качестве шпионов и диверсантов. Дальше пошли по долгому списку другие национальности назначение в которые использовали для террора.

«По распоряжению руководящего работника Донецкого УНКВД Вольского путем избиений от 60 арестованных украинцев, белорусов и русских были получены показания о том, что они являются поляками».

Сотрудники НКВД подозревали, что, пользуясь свободой в определении национальности, многие поляки числились по паспортам русскими и белорусами. На поиски «инонационалов» были мобилизованы крупные силы, причем не только из вспомогательных служб. Например, оперативник Вацлав Гридюшко под видом электромонтера получал доступ к домовым книгам и выписы­вал ежедневно по пять-восемь нерусских фамилий. Спускаемые с верху планы-то надо было выполнять — не мудрствуя лукаво, в поляками назначали всех с фамилия­ми, оканчивающимися на «-ский». Вот собственно можно видеть как коммунисты присваивали ту или иную национальность и всем остальным.

В вопросе национальной принадлежности чекистам осуществлявшим террор требовалась хоть на что то опиратся, и опора была введена секретным циркуляром НКВД СССР №  65 от 2 апреля 1938 года, которым предписывалось: «Запись национальности должна быть произведена в соответствии с фактическим национальным происхождением родителей». Загвоздка состояла в том, что родители не всегда представляли себе свое национальное происхождение, им еще про него ничего чиновники не рассказали. Не говоря о потомках смешанных браков. Кроме того, прежде можно было указывать любую национальность, и, поскольку этому не придавалось значения, писали кто как хотел. Но, пожалуй, не менее важно было то, что этот циркуляр не стал фактом публичного права и о нем не знали даже те, кого он непосредственно касался, потому что темные дела творяться в темноте.

Чиновники-чекисты пытались маскироваться под естественные практики. Определение своей принадлежности к тому или иному роду-племени, народу велось по родителям (хотя были и другие важные признаки: религия, язык, культура, мето проживания, круг общения), принадлежность вытекала из сложных спонтанных саморегулирующихся понятий и в конце концов всегда была личным решением каждого. Государству важно было распихать ограбляемых по разным категориям для удобства управления и дойки. В данном случае придумали назначать в ту или иную национьность как бы по принадлежности родителей, которых у многих вообще не было или которые в большинстве своем не знали сами кто они поэтому их легко было назначить кем угодно и сказать что теперь и вы такие. То есть навязывать свое решение человеку как бы через его родителей.

Несмотря на соль хорошо придуманный ход, назначение национальности по придуманной национальности родителей, и в этой схеме возникли проблемы, так как чиновничьий произвол входил в конфликт с представлениями людей. В разные инстанции приходили сотни писем с вопросом: «Кто я? Помогите разобраться».

Но оказалось, что гораздо больше писем от тех, кому приписали, с их точки зрения, «неправильную» национальность. Например, человек считает себя белорусом и вдруг при получении паспорта обнаруживает, что его записали поляком. Это была распространенная практика: анонимные работники паспортных столов писали в паспортах то, что им велела коммунистическая партия. Естественно, гражданин пытался добиться соответсвия своих собственных представлений с тем что записано в документе.

Авторы писем старались обосновать свою «правильную» национальность по тем признакам, которые они считали убедительными в создавшейся ситуации. Основной акцент правильности/неправильности приписанной национальности делался на воспитании, обычаях и, шире, культуре. Это сформулировано, например, в письме гражда­нина Рамих:

«Формально по национальности я значусь немцем, но по существу ни­чего немецкого во мне нет. Я не знаю ни немецкого языка, ни немецких обычаев и нравов, все время общался и воспитывался среди русских».

Отмечу, что с этого времени для определения национальности в паспортах и в переписях стали применять разные стратегии: в паспортах — по родителям, в переписях остался прежний принцип — по самоопределению. В общем процесс разделения людей, официального принудительного распихивания их в разные национальности пошел полным ходом, и основывался на воле партии и ее целях.

Тут надо указать, что придуманный коммунистами список национальностей был четко ими ограничен, например нельзя было записаться пскобским или еще каким другим. Классика иллюзии выбора, нельзя было отказаться играть в эту навязанную ими игру которую они вели жестко по придуманным ими правилам. Нельзя было объявить себя без национальности, как и нельзя было отказаться от социальной идентификации или определить свою, это точно так же как и в РИ нельзя было быть вне одной из официально разрешенных церквей, нельзя было быть вне одного из сословий. У каждого барана должно быть конкретное стойло, что бы было удобно стричь и резать. Коммунистами были придуманы масса несуществующих национальностей, и массе существующих было отказано в существовании, и их носителей записали куда захотели. Например придумали национальность Мордва. И только после падения монополии на правду, люди смогли донести до общественности, что такой национальности нет и никогда не было, что в нее коммунисты скопом записывали представителей Эрзи и Мокши, которых как бы не существовало для коммунистов.

Новый порядок определения национальности был внесен в Инструкцию по при­менению Положения о паспортах в 1940 году, но она, как и все паспортные инструкции, была конечно же с грифом «Секретно», как иначе творить темные дела и лгать. Письма граждан и запросы от официальных органов продолжали поступать, но НКВД не торопился с открытой публикацией. Лишь в Положении о паспор­тах 1953 года, опубликованном мизерными тиражами, появились соответствующие разъяснения о заполнении графы «национальность». Таким образом, зазор между свободным определением национальности и предписанным («национальность по родителям») оказался не 20 лет, как можно было бы понять из опубликованных документов, а всего лишь пять лет с 1933 по 1938 год, и вызвано это было соображениями репрессивного характера. Ибо кто решает кому к какой национальности принадлежать, тот и господин. Нельзя допускать что бы люди сами могли определять свою национальную принадлежность, свое место в "пирамиде народов". Кнут должен быть в руке господина.

Эта ситуация прекрасно иллюстрирует функционирование правовой системы в СССР. Официально все эти 20 лет действовали Положения, согласно которым графа «национальность» заполнялась со слов владельцев паспортов. Однако советский человек должен был верить не написанному, а конкретным правоприменительным практикам. Можно сказать, что содержание «совершенно секретного» циркуляра транслировалось в народные массы действиями работников милиции и без особого труда было усвоено этими массами, привыкшими к такой форме восприятия советского законодательства. Причем порядок определения национальности по родителям стал общим: не только для «сомнительных», но и для всех граждан СССР. Можно лишь констатировать, что за весьма короткое время «национальность» из чего-то необязательного и достаточно спонтанно определяемого для самого себя превратилась в нечто вполне определенное — стигматичное свойство, которое каждый человек насильно получает при рождении от государства на лоб сапогом чиновника.

Новый порядок определения национальности стал действенным инструментом развернувшихся в конце 1930-х и в 1940-х годах этнических чисток, депортаций и террора. Одним из многих эффектов депортаций по национальному признаку стало резкое увеличение числа поддельных записей в графе «национальность». Записи «немец», «поляк», «калмык» и многие другие чаще всего менялись на «русский». Разумеется, не все обладатели «опасных» записей прибегали к подделкам. Были и те, кто пытался «исправить» национальность легальным путем, однако не многих ждал успех. Напри­мер, в докладе о работе паспортного отдела милиции за 1944 год отмечено:

«В соответствии с циркуляром НКВД… от 29.12.43 от Управлений милиции поступило и рассмотрено 65 заявлений граждан об изменении в паспортах записи о национальности. Из них удовлетворено — 4, отка­зано — 42, остальные направлены на периферию для оформления». Не для того вам национальность вводили, что бы вы могли ее менять, а для того что бы вас дрючить.

Послевоенные поколения воспри­нимали введенный НКВД порядок определения национальности анонимными чиновниками по родителям как данность. После кампании по борьбе с космополитизмом (1948–1953 годы) дискриминация по национальному признаку перешла из сферы жестких репрессий в мягкие репрессии и отдавалась эхом повседневности принимая разные формы.

Русские являлись как бы на словах титульной нацией и как бы большинством, поэтому, что бы не привлекать к себе внимания лучше было принадлежать к этому как бы типа большинству. Иметь в совке не русскую национальность имело как минусы так и жирные плюсы.

И так, введение категории «национальность» в паспорт было проведено в два этапа. На первом этапе (1932–1938 годы) национальность определялась со слов владельца паспорта и ей не уделялось никакого внимания. Это период когда было выдано относительно малое количество паспортов.

На втором этапе когда национальность начали активно использовать как инструмент репрессий, был применен привычный (по примеру установления социальной принадлежности) принцип определения «по происхождению», то есть по родителям, точнее по тому кем считали или назначали союзные анонимные чиновники родителей ребенка. Такое, псевдобиологиче­ское, определение национальности давало хозяевам возможность контролировать запись в паспортной графе. Совковая демагогия о равноправии национальностей была ложью и по факту являлась инструментом разделения и эксплуатации людей, если бы все национальности были бы равны, то какой смысл тогда чиновникам ими заниматься и на это чернила тратить. Категория «национальность» стала не просто учетной (статистической, как это было в Российской империи), но именно правовой, разным национальным сообществам был придан разный статус: одним хозяева позволяли иметь свое территориальное образование, другим — нет, например у так называемых русских никогда не было и нет своего территориального образования; одни считались народами, а другие — народностями и так далее по хотелке правителей. Были разные кворты на образование, на работу, на прочие виды деятельности. В результате жесткая бюрократическая предписанность определения национальности вступала в сложные отношения с групповыми и индивидуальными идентичностями. Одни восприняли ее как естественное основание своей индивидуальности, у других оно вызвало различные формы отторжения, вплоть до стремления избавиться от предписанной чиновниками стигмы.

Конкретики в пышную демагогию в отношении Русского вопроса внесло Ленинградское дело, когда властям совка пришлось четко озвучить свое отношение к вопросу русского представительства во власти. Выяснилось, что они русских создавали не для того что бы у них было хоть какое то представительство во власти.

В отношении «паспортной национальности» надо пояснить школярам, что начало выдачи паспортов и определения национальности жителей советского союза только началось в 1932 году. Ключевое слово началось. Большая часть населения не имела паспортов и соответственно их национальность не была официально определена еще очень долго. Процесс выдачи паспортов колохозникам был капельным. Полная паспортизация началась только с 1 января 1976 года и закончилась 31 декабря 1981 года. За шесть лет в сельской местности было выдано около 50 миллионов паспортов. То есть в совке окончательно национальность была официально присвоена всем гражданам с 1982 по 1997, когда национальность была убрана из паспорта, то есть 15 лет за всю историю. С 1997 запись о национальности из паспорта изъяли.

У меня есть личных два опыта столкновения с пятой графой. Один пример еврейской девушки, которая при получении паспорта сама волюнтариски настояла что бы ее записали в паспорте еврейкой, хотя родители категорически были против этого. Возможности для подобных манипуляций были. В результате в 91 году когда стал возможен выезд в Израиль у нее не было проблем как у остальных родственников, которым пришлось долго и сложно доказывать что они не русские. Другой случай рассказал мне напарник в тайге. У одного охотника из местных сибирских народов, в пятой графе и в паспорте стояла национальность лоча. Когда к ним в стойбище прилетели работники паспортного стола для выдачи паспортов, то они его спросили какую национальность ему написать, он им сказал что бы написали его русским, что они и сделали. Но так как разговор шел на их языке, то и национальность они ему написали на его языке. На их языке лоча это русский.

В общем национальность как инструмент управления к концу 20 века отжил по всему миру. И вроде в мире было уже как бы и не прилично говорить о национальности, особенно не своей. И мы видим что и в постсовке власти уже не очень могли это как то использовать для своих нужд. В постсовке этот инструмент отживал вслед за социальной идентификацией. Поэтому в рамках мировых тенденций в 1997 году запись о национальности отменили. То есть русские официально просуществовали 65 лет, из которых только последние 15 лет все граждане страны были определены по национальности. То есть какие то чиновники союзной империи по засекреченным признакам назначали официально миллионы людей русскими с 32 по 82 год, вносили эту запись в официальный документ удостоверяющий личность и национальность, а затем, точно так же, эти же самые чиновники никому ничего не объясняя в 1997 году отменили этих русских, убрав эту запись из документа. Теперь это снова весьма размытое понятие ни как официально не фиксируемое и ни как не определяемое. Нет такого официального документа которым бы человек мог бы доказать что он является русским. Это сегодня самоидентификационный признак, есть какие то записи в паспортном столе не известно кем сделанные и не известно на каком основании, и есть какие то записи в каких то анкетных данных, при этом не существует ни какого русского органа который бы мог их подтвердить, а так как нет русского органа во власти, то и некому подтверждать и этим прилагательным кто угодно может крутить как угодно, что и делается.

По данным этносоциологического исследования, проведенного в 1988 году, почти четверть так называемых русских затруднялись ответить, что их роднит со этим народом, кроме соответствующей графы в паспорте.

Запись в советском паспорте, эта «паспортная национальность» данная им по воле неизвестного им чиновника неизвестной национальности стала идентификатором своей этнической идентичности, с которой не понятно что им теперь делать.

Так называемые русские не знают ни одной национальной песни, ни одного национального танца, не представляют какие национальные костюмы носили лично их предки, и более того, скорее всего едва ли смогли толком понять своих предков живших более двух сот лет назад, да и едва ли знают где жили их предки более двухсот лет назад. Никогда не имели национального представительства в органах власти.

Русские всегда были ширмой за которой чудно действовали правящие группы РИ и совка, и под которой продолжают резвится нынешние правители, поэтому из русских бегут все кто куда может. Бежали весь 20 век и если бы не железный занавес и расстрел за побег то наверное все бы разбежались уже.

С развалом совка в 91 году, отпали республики, в которых люди начали активно уходить от русской идентификации себя.

Да и жители РФ начали бежать из русского языка, который активно деградирует и теряет весь 20 век своих носителей и в относительных и в абсолютных величинах, как и в качестве производимого на нем. Огромная волна эмиграции, куда глаза глядят то же форма бегства из русскости и русского языка. После 24 февраля 22 года деградация русской самоидентификации усилилась многократно. Продолжает уменьшается количество ее носителей...

Остающиеся в РФ бегут в самостоятельно создаваемые национальности, в пику недовольных этим чинушам. Например, на 2023 год в РФ имеется 12 тысяч эльфов и какое то количество ингерманладцев. Можно предположить что бегство в эти и другие национальности из русских продолжатся.

В статье использовалась лекция Альберта Байбурина Как в паспорте появилась графа «национальность»

В дополнение к материалу смотри статьи на тему:

- Нации по согласию

- Советский паспорт. Паспорт.

- Паспортная система советского крепостничества

- Национальная политика СССР по публикациям 1925-26гг

- Ленинградское дело. Русский вопрос

- Пропагандистский фильм о переписи 6 января 1937 «Великий счёт.» 1938 г. 40 мин. Участники переписи были арестованы, результаты уничтожены.

- Интересный, не то исторический анекдот, не то и правда факт, приведен в фильме Заяц над бездной, 2006 года. Где показана беседа Брежнева с цыганским бароном, в которой самовластец совка демонстрирует различие между чиновничьим насильственным правом и естественным правом и обычаями.

- Смена фамилий

P.S. Сергей Худяков был знаковым советским маршалом, членом партии с 1924 года, советником Джугашвили по авиации, участвовал в битве за Москву, занимал пост начальника ВВС и даже предлагал проект по реорганизации воздушных сил.

Его печатали на марках, фотографировали с Джугашвили, с которым он вроде был знаком ещё с юности.

В отличие от многих революционеров, которые прятались неуклюже за псевдонимами и шифровались разными другими путями, он создал себе полностью новую личность с нуля. Даже реальные родственники не знали о том, что он жив, да и семью он завел в 1928 году новую, как русский волжский парень Сергей Худяков.

22 июня 1941 года он занимал должность начальника штаба ВВС Западного особого военного округа, и вроде в это время приболел. Высшее руководство было расстреляно, а Худяков пошёл на повышение, возглавив ВВС Западного фронта. За три года он дослужился от полковника до маршала, меньше года на каждое высшее офицерское звание. И даже был участником знаменитой Ялтинской конференции, с двумя другими такими же допущенными к телам правителей мира сего офицерами Антоновым и Кузнецовым. И все было бы очень хорошо. И не было бы к нему и дальше ни каких вопросов о его волжской русскости ни от жены, ни от паспортного стола работники которого наказывали терпил за ночевку не по прописке, ни от нкэведешников заглядывающих каждому в задницу, если бы не пропажа золота.

В 1945 году он участвовал в захвате золотого запаса Маньчжурии, и по дороге в Москву самолёт с золотом исчез. Следствие длилось аж четыре с лишним года, и ему тут же предъявили что он не Сергей Худяков.

18 апреля 1950 года уроженец Карабаха Арменак Ханферянц был расстрелян за шпионаж в пользу Англии аж с 1918 года, как и многие другие коммунисты. Его жена и дети подверглись репрессиям.

Самолет нашли в тайге в 1952 году. В 1954 дело закрыли, жена Варвара и дети смогли вернуться в Москву из ссылки. В 1965 Арменака посмертно реабилитировали восстановили награды, звания, членство в партии. С 1990 года в Мец Тагларе работает музей Ханферянца. Одна из улиц города Алаверди носит имя А. А. Ханферянца. С 1 апреля 2005 г. его имя носит Институт ВВС вооруженных сил Республики Армения.

Данная история интересна и показательна со многих позиций, но тут она является примером того, что нет ни каких критериев по которым советские чиновники записывали людей в русские, немцы, поляки, мордвины и так далее, кроме их, чиновников, хотелок, которые они меняли как угодно. И на данном примере, видно, что русскость Арменака всех устраивала и была даже плюсом, пока он служил кремлевской власти, но как только возникла недостача, то он тут же стал нерусским и тут же стал английским шпионом. Но потом недостача нашлась и он тут же перестал быть английским шпионом и к нему больше вообще не стало ни каких претензий по поводу его "игр" с паспортным столом. Национальность вообще, и в первую очередь русская, не более чем инструменты имперской власти и имерского управления, которыми позволяется играть только имперским чиновникам в своих целях.

P.P.S. Во второй половине 21 века четко видны тенденции поднятия национального вопроса в мировом управлении терпилами. Казалось что использование национальной карты в стравливании людей в начале 21 века осталось только как дикость в постсовковом пространстве, но нет, глядя как успешно удается использовать эти замшелые механизмы постсовковым чиновникам, мировые их собратья понимают, что рано еще списывать эти технологии и они еще поработают на разделение и властвование. Так что продолжение будет.

© С.В. Кочевых, 29.04.2022