4 марта 1918 года принят деткрет «О праве граждан изменять свои фамилии и прозвища», к которому в 1924 году добавили возможность менять имя. Это был двадцатилетний период массовой смены имен и фамилий в советской стране.
Началась игра в имена с написания Жития святых в 1550-х — 1560-х годах, с тех пор церковь захватила монополию на назначение имени ребенку в стране, древние аборигенные-оригинальные имена и фамилии заменили иностранными.
Эта жесткая государственная монополия на имена и фамилии приводила к конфликтам. Смена фамилии (кому ее конечно разрешили, ибо таких было немного) была возможной, но бюрократически громоздка и требовала писать прошение на царское имя. Значительной части крестьянства в середине 19 века еще фамилий иметь было не положено, полное офамиливание тягла произошло только к самому концу 19 века.
Прошения о смене фамилии, если случались, то были как правило, мотивированы ее неблагозвучием: так, в 1866 году сын коллежского асессора Дураков поменял фамилию на Лаврентьев.
«Сенатские ведомости», 20 декабря 1866 года
Цари сами меняли себе имена, фамилии и отчества как хотели и при этом глумились над терпилами, например, в начале 20 века газеты рассказывали такую историю:
«В Москве до сих пор существуют купцы, носящие фамилию Семипуповых. Прежде они носили фамилию Восьмипуповых, и один из них подал на высочайшее имя прошение об изменении его фамилии. Когда немцу Николаю первому доложили прошение, он, глумясь заметил:
- Уменьшите ему на один.
Так и сделали, и отсюда произошла фамилия Семипуповых».
Прошения о смене фамилии подавали родственники и однофамильцы попавших в немилость к государству. Братья и сеcтры Дмитрия Каракозова в своем ходатайстве писали, что «злодей, покусившийся на драгоценную жизнь его императорского величества», гнусным преступлением опозорил носимую ими фамилию и просили разрешения именоваться впредь Владимировыми. То же самое были вынуждены сделать и саратовские дворяне Каракозовы, став Михайловыми-Расловлевыми.
В начале 20 века основными мотивами были неблагозвучность или именование в быту. То есть оба резона имели протест против имен насильно навязанных церковью-государством.
С началом Первой мировой войны под давлением дичайшей антигерманской истерии носители немецких фамилий стали от них массово быстренько избавляться. Дворяне обращались в Департамент герольдии Правительствующего сената и оплачивали прошения гербовыми марками, представители других сословий отправляли просьбу в канцелярию прошений, подаваемых на высочайшее имя, и от уплаты сбора освобождались. Выбор новых фамилий власти ничем не ограничивали.
Например сменили фамилии член госсовета Борис Штюрмер и обер-прокурор святейшего синода Владимир Саблер. «День», 1 декабря 1915 года
После большевицкого переворота 1917 года процесс приобрел массовый характер. С одной стороны переобувались те кто засветился гнусностями при царском режиме, с другой стороны коммунисты и прочие личности пытались скрыть свое участие в разного рода преступлениях которые они насовершали в борьбе за власть. Нужна была очень мутная вода в которой удобно было прятать концы.
Уже на третий день после принятия декрета 4 марта 1918 «О праве граждан изменять свои фамилии и прозвища», отделы записи браков и рождений были завалены ходатайствами о перемене фамилий. По официальным данным, которые возможно приуменьшены, в 1928 году сменили фамилии минимум 20 тыс, а к 1932 году, когда начали выдавать паспорта, уже свыше 62 тысяч, и процесс только набирал обороты.
«Известия», 3 сентября 1938 года
Сбор за перемену фамилии в 1922 году он был пять тысяч рублей, что практически соответствовало общему прожиточному минимуму и в два раза превышало стоимость минимальной продуктовой корзины.
Вечерняя Москва, № 7 (615), 9 января 1926 г. опубликовала объявление: «Организатор коллектива фабрики имени т. Халтурина, тов. Иконников подал заявление в Загс о переименовании его фамилии на Рэм (революция, электрификация, мир)».
В 1930 году за перемену фамилии граждане платили от 5 до 25 рублей, в зависимости от уровня дохода плательщика, и это составляло пятнадцатую часть зарплаты. Позволить себе такие расходы мог не каждый, тем более что при отрицательном решении ЗАГСа сбор не возвращали, но каждому это было и не нужно.
Точно так же как и царские времена, люди пытались менять фамилии по причине попадания родственников и близких под репрессии государства.
Спустя два месяца после расстрела в 1937 году маршала Тухачевского его сестра Мария подала в газету объявление об изменении фамилии на Юрьеву. Впрочем, это не спасло ее от ареста. Как член семьи изменника родины она была приговорена к восьми годам исправительно-трудовых лагерей. «Известия», 28 августа 1937 года
В 1938 году, после процесса антисоветского «право-троцкистского блока» над «изменниками родины» и расстрела подсудимых, газеты публиковали много объявлений от однофамильцев: Ольга Феофилактовна Бухарина меняла фамилию на Раймонд, Елена Григорьевна Ягода и Лев Алексеевич Ягода — видимо, супруги — планировали стать Дубравиными.
Чтобы избежать даже намека на общность с Троцким, его однофамильцы в конце 1930‑х годов массово ходатайствовали о перемене фамилий. Какому-то прощелыге совсем не повезло: на заре советской власти он специально взял фамилию Троцкий, но спустя 20 лет выяснилось, что ветер переменился, и ему снова пришлось ее менять.
«Известия», 28 августа 1937 года.
Ибо Линия партии извилиста.
Кроме того, ЗАГСы были завалены соответствующими заявлениями после «чисток» среди советских служащих: сами «вычищенные» пытались откреститься от прошлого, их супруги спасались от порочного родства.
Народ спасался от террора как мог, Около-Кулак становился Снежинским, Богоявленский — Быстровым, Богородский — Горским.
Вряд ли можно сказать сколько граждан, публично порвавших связь с родными в годы террора, коллективизации и политики раскулачивания, попытались сменить свою фамилию.
Причин для смены фамилии было бесконечное количество. Например, «Летом прошлого 1935 года Григорьев был арестован по обвинению в убийстве. Суд приговорил его к семи годам лишения свободы. Спустя несколько месяцев выяснилось, что настоящий убийца — другой Григорьев, тоже Иван Григорьевич, житель той же местности и одного года рождения».
Наиболее умные догадались использовать данную государством возможность смены фамилии и для ухода от уплаты налогов.
После того как все кому надо поменяли фамилии, после того как провели
1. коллективизацию и
2. начали индустриализацию
3. 15 ноября 1932 принятием постановления «О паспортной системе и разгрузке городов от лишних элементов» начали паспортизацию, которая стала важным рубежом усиления репрессий и террора, с урезания последних объедков свобод,
4. и со свободой смены фамилии естественно начали заканчивать, лавочку стали прикрывать. С середине 1930‑х годов тему начали активно прикручивать и к концу 30-х с окончанием индустриализации по факту закрыли.
Хотя людям искусства эта опция оставалась довольно доступной и они ее широко использовали.
Источник
Историческим примером того как люди меняли себе фамилии и даже индентичности после захвата власти коммунистами, является Сергей Худяков, который был знаковым советским маршалом, членом партии с 1924 года, советником Джугашвили по авиации, участвовал в битве за Москву,
занимал пост начальника ВВС и даже предлагал проект по реорганизации воздушных сил.
Его печатали на марках, фотографировали с Джугашвили (который то же настаивал что бы нигде не упоминали его фамилию), с которым он вроде был знаком ещё с юности.
В отличие от многих революционеров, которые прятались неуклюже за псевдонимами и шифровались разными другими путями,
он создал себе полностью новую личность с нуля.
Даже реальные родственники не знали о том, что он жив, да и семью он завел в 1928 году новую, как русский волжский парень Сергей Худяков.
22 июня 1941 года он занимал должность начальника штаба ВВС Западного особого военного округа, и вроде в это время приболел.
Высшее руководство было расстреляно, а Худяков пошёл на повышение, возглавив ВВС Западного фронта.
За три года он дослужился от полковника до маршала, меньше года на каждое высшее офицерское звание.
И даже был участником знаменитой Ялтинской конференции, с двумя другими такими же допущенными к телам правителей мира сего офицерами Антоновым и Кузнецовым.
И все было бы очень хорошо. И не было бы к нему и дальше ни каких вопросов о его волжской русскости ни от жены, ни от паспортного стола
работники которого наказывали терпил за ночевку не по прописке, ни от нкэведешников заглядывающих каждому в задницу, если бы не пропажа золота.
В 1945 году он участвовал в захвате золотого запаса Маньчжурии, и по дороге в Москву самолёт с золотом исчез.
Следствие длилось аж четыре с лишним года, и ему тут же предъявили что он не Сергей Худяков.
18 апреля 1950 года уроженец Карабаха Арменак Ханферянц был расстрелян за шпионаж в пользу Англии аж с 1918 года,
как и многие другие коммунисты. Его жена и дети подверглись репрессиям.
Самолет нашли в тайге в 1952 году. В 1954 дело закрыли, жена Варвара и дети смогли вернуться в Москву из ссылки.
В 1965 Арменака посмертно реабилитировали восстановили награды, звания, членство в партии.
С 1990 года в Мец Тагларе работает музей Ханферянца.
Одна из улиц города Алаверди носит имя А. А. Ханферянца. С 1 апреля 2005 г. его имя носит Институт ВВС вооруженных сил Республики Армения.
Данная история интересна и показательна со многих позиций, но тут она является примером того, что нет ни каких критериев по которым
советские чиновники записывали людей в русские, немцы, поляки, мордвины и так далее, кроме их, чиновников, хотелок, которые они меняли как угодно.
И на данном примере, видно, что русскость Арменака всех устраивала и была даже плюсом, пока он служил кремлевской власти, но как только возникла
недостача, то он тут же стал нерусским и тут же стал английским шпионом. Но потом недостача нашлась и он тут же перестал быть английским шпионом
и к нему больше вообще не стало ни каких претензий по поводу его "игр" с паспортным столом.
Правители что царские что коммунистические, не собирались отчитываться перед тяглом относительно своего происхождения, как цари меняли фамилии и скрывали свое происхождение, точно так же и коммунистические правители имели и имеют весьма мутное происхождение, которое даже имея безграничную власть не могут красиво подать тяглу. Для примера абсолютно мутная история с тем же ульяновым-лениным, которому почему то надо было что бы его не называли его как бы родовой фамилией. Но ситуация еще более мутная чем даже просто смена фамилии, см. статью А ты ленина видел, и так чего не возьми.
P.S.
А теперь "дозвольте пару слов без протокола". Имя и фамилия это часть человека. И только тот, кто является владельцем человека может давать ему имя и фамилию. Если согласно принципу Самопринадлежности, человек принадлежит сам себе, то соответственно он может сам выбирать себе любое имя и фамилию по своему желанию и сообщать об этом окружающим для коммуникации с ними. Если человек является чьей то собственностью, то хозяин этого человека утверждает ему его фамилию и имя (или любые другие идентификаторы) и запрещает ему менять их самостоятельно принуждает силой использовать только их, либо позволяет менять только если и как ему (хозяину этого человека) будет это угодно. В двадцатом веке назначением и учетом имени и фамилии занималась система ЗАГСов, база которой является секретной. В 21 веке и этому добавилась система цифровых баз данных где каждому государством присваивается идентификационный номер или несколько, по желанию.
Это имеет и более широкое применение. Хозяева людей вообще могут требовать от своей собственности использовать или не использовать те или иные слова (и даже их коннотации) от своих рабов.
© С.В.Кочевых
